Бандеровская Украина. Часть I

       Как Киевская Русь становилась бандеровской Украиной.                                 Часть 1. Польско-литовское влияние

История появления государства Украина и украинцев вызывает много вопросов, особенно в свете попыток отдельных представителей украинских элит вести историографию Украины от Киевской Руси или считать себя потомками древних шумеров (попытки совсем анекдотические).

В связи с этим интересно понять, почему исконно русская земля, которая издревле называлась Русью, вдруг стала именоваться Украиной, и как это произошло. Как часть процветающего в IX-XII веках древнерусского княжества, Киевской Руси, с течением времени трансформировалась в Украину, откуда появились украинцы и кто этому способствовал. В свете последних событий на Украине и в связи с возросшей актуальностью этого вопроса считаю целесообразным вернуться к его рассмотрению.

Попытки изменения русской национальной идентичности на территории сегодняшней Украины происходили под воздействием внешних сил, при этом навязывалась чуждая народу национальная идеология и разрушались базовые ценности, свойственные русской национальной общности.

С помощью привнесённой извне идеи в интересах других народов уже на протяжении многих веков пытаются переформатировать национальное самосознание части русского народа. Это делалось с целью искусственного создания нации с враждебной по своей сути идеологией, провоцирующей противостояние между частями русского народа.
В качестве идеологической основы для ломки национального самосознания юго-западной ветви русского народа продвигалась и внедрялась идеология украинства, формировавшаяся внешними силами в различные исторические эпохи.

В продвижении украинской идентичности было несколько этапов. На каждом из них решались конкретные задачи того времени, но все они были направлены на уничтожение русской идентичности на этих землях. В результате многовековой эволюции украинства в сегодняшней Украине она стала национально-государственной идеологией. Ее национальными символами стали такие псевдогерои, как Степан Андреевич Бандера и Роман Иосифович Шухевич.

   

                                                                         Литовско-польский этап
Первый, литовско-польский этап навязывания русскому народу другой национальной идентичности (XIV-XVI века) начался после захвата татаро-монголами Киева (1240), погрома Киевской Руси и раздела русских земель между Великим княжеством Литовским, Московским княжеством и Польшей. Он был обусловлен претензиями на русское духовное наследство Великого княжества Литовского, присоединившего большую часть русских земель, и Московского княжества, ставшего административным и духовным центром русского народа.

Возникшее противостояние особенно обострилось в XIV веке, когда русские князья объявили себя собирателями русских земель и в княжеском титуле появилось «всея Руси». Продолжалось оно и во времена первого царя Ивана Грозного и Смутного времени уже с объединённым польско-литовским государством, когда на межгосударственном уровне более ожесточенно спорили не по вопросу, кому и какие земли принадлежат, а кто и как именуется.
Непоколебимая позиция русских великих князей, а затем и царей на свое правопреемство во всех русских землях вызвало ответную литовско-польскую концепцию московского государства как нерусской земли. В её обоснование появляется «Трактат о двух Сарматиях» Матвея Меховского (1517), в котором возникает государство «Московия» с проживающими там «московитами» без упоминания, что они русские.

  

Эта концепция распространяется в польско-литовском обиходе, но усиление мощи и влияния русского государства заставляет их искать формы изменения идентичности теперь уже русских, оказавшихся после Люблинской унии (1569) в едином польско-литовском государстве.

Решение этой задачи совпадает с усиливающимся наступлением католицизма на православие, и основные события разворачиваются на главном идеологическом фронте тех времен – религиозном. Власти Речи Посполитой и католические иерархи принимают решение, с целью подрыва русского единства, нанести удар по главной на то время духовной ценности Руси – её православной вере и пытаются силой навязать другую веру в виде Брестской унии (1596).

Против неё яростно сопротивляется православное духовенство и простой народ. Не добившись изменения веры у православного народа, поляки склонили к унии православных иерархов и аристократию, стремящихся влиться в польскую элиту, чем лишили православие материальной поддержки, и низвели его до «хлопского» уровня.
Одновременно начинается наступление на русский язык, он изгоняется из делопроизводства, русское население заставляют пользоваться в присутственных местах исключительно польским, что приводит к появлению в русском языке множество польских слов, и к середине XVII века он превращается в уродливый польско-русский жаргон – прообраз будущего украинского языка.
Следующий шаг поляков – исключение из обращения самих понятий «Русь» и «русский». В это время в польском и русском обществах на бытовом уровне окраинные земли двух государств назывались «украйна», и папский посланник Антонио Поссевино предложил в 1581 году назвать юго-западные русские земли этим именем.

         

Поляки внедряют новый топоним в делопроизводство, и постепенно в документообороте вместо понятия «Русь» появляется «Украина». Так из чисто географического понятия этот термин приобретает политическое значение, и польские власти через казачью старшину, получившую в основном польское образование и стремящуюся стать новой шляхтой, стараются внедрить это понятие в народные массы.
Народ не воспринимает навязываемую ему идентичность, а притеснения и преследования вызывают ряд народных восстаний против польских поработителей, которые современные идеологи украинства пытаются представить как национально-освободительную борьбу «украинского народа» за свою независимость под руководством казачьей старшины.

Такая подтасовка не имеет ничего общего с реальностью, так как казачество боролось не за национальное освобождение народа, а массово стремилось стать реестровой частью казачества, получать плату и привилегии за службу польскому королю, а для получения народной поддержки вынуждено было возглавить восстания.
С вхождением Левобережья после Переяславской Рады в состав Российского государства процесс навязывания народу юго-западной Руси «украинской» идентичности на этой территории практически останавливается, и постепенно в течение XVIII века «украинская» терминология выходит из употребления.

На Правобережье, не ушедшее из-под власти Польши, этот процесс продолжался и укоренение поляков в образовательных структурах стало доминирующим.
                                                                           Польский этап
Второй, польский этап навязывания «украинской» идентичности начинается с конца XVIII века и продолжается до поражения польского восстания в 1863 году. Он обусловлен стремлением польской элиты возродить в прежних границах Речь Посполитую, исчезнувшую с политической карты в результате второго (1792) и третьего (1795) разделов Польши и включения Правобережья в состав Российской империи (Галиция вошла в состав Австро-Венгрии).

 

Этот этап характеризуется таким явлением, как украинофильство, имеющим два направления.

Первое – политическое украинофильство, взращённое поляками с целью вызвать у населения Юго-западного края стремление отделиться от России и привлечь его к возрождению Польши.
Второе – этнографическое украинофильство, возникшее в среде южнорусской интеллигенции и обосновывающее наличие малорусской народности как части общерусского народа. В среде русской интеллигенции представителей политического украинофильства, связанного с «хождением в народ», называли «хлопоманами», а отстаивающих «украинские» корни малорусского народа – «мазепинцами».
Для такой деятельности у поляков были широчайшие возможности, так как польское господство на Правобережье не претерпело никаких изменений, и неравнодушный к ним император Александр I не только окружил свой двор польской шляхтой, но и восстановил в полном объеме польское управление на всех землях Юго-западного края и полностью отдал в их руки систему образования.

Воспользовавшись этим, поляки создают два своих идеологических центра: Харьковский (1805) и Киевский университеты (1833). В первом преподавательский состав соответствующей направленности подбирает попечитель университета поляк Северин Осипович  Потоцкий, отсюда идеи украинства распространились среди части южнорусской интеллигенции и здесь был воспитан такой видный деятель этнографического украинофильства, как историк Николай Иванович Костомаров.

   

Киевский университет вообще был основан на базе закрытых после польского восстания 1830 года Виленского университета и Кременецкого лицея, и большинство преподавателей и студентов в нём были поляками. Он стал средоточием полонофильской интеллигенции и рассадником политического украинофильства, что привело в 1838 году к его временному закрытию и изгнанию из стен университета большинства преподавателей и студентов польского происхождении.
В основу политического украинофильства были положены идеи польского писателя Яна Потоцкого, написавшего в пропагандистских целях книгу «Историко-географические фрагменты о Скифии, Сарматии и славянах» (1795), в которой он изложил выдуманную концепцию об отдельным украинском народе, имеющем совершенно самостоятельное происхождение.

        

Развил эти маргинальные идеи другой польский историк, Тадеуш Чацкий, написавший псевдонаучный труд «О названии «Украина» и зарождении казачества» (1801), в котором выводил украинцев уже от придуманной им орды укров, якобы переселившихся в VII веке из-за Волги.

На основе этих опусов появилась особая «украинская» школа польских писателей и ученых, продвигавших дальше выдуманную концепцию и заложивших идейный фундамент, на котором создавалось украинство. Об украх потом как-то забыли и вспомнили о них только через двести с лишним лет, уже во времена Ющенко.
Свежую кровь в эту доктрину влил поляк Францишек Генрих  Духинский

         

Свои бредовые идеи об «избранности» польского и родственного ему «украинского» народа он пытался облечь в форму научной системы, доказывал, что русские (москали) никакие не славяне, а произошли от татар, и первым высказал суждение о том, что имя «Русь» украдено москалями у украинцев, которые единственные имеют право на него. Так родилась живущая до сих пор легенда о нехороших москалях, похитивших имя Русь.

Примерно в конце XVIII века в рукописном виде появляется анонимный лженаучный труд идеологической направленности «История русов» (опубликован в 1846), состряпанный из домыслов, циничной фальсификации исторических фактов и пронизанный зоологической ненавистью ко всему русскому. Основными линиями этого опуса являлась изначальная обособленность малороссов от великороссов, раздельность их государств и счастливая жизнь малороссов в составе Речи Посполитой. 

По версии автора, историю Малой Руси творили на великие князья, а казачьи атаманы. Малороссия – это казачья страна, казаки не бандиты с большой дороги, промышлявшие в основном разбоем, грабежами и работорговлей, а люди рыцарского достоинства. И, наконец, великое казачье государство никогда и никем не было покорено, а только добровольно на равных соединялось с другими.

Тем не менее, весь этот бред под названием «История русов» был хорошо известен в кругах русской интеллигенции и произвел сильное впечатление на будущих украинофилов – Костомарова и Кулиша, а Шевченко, поражённый россказнями о золотом веке вольного казачества и подлых москалях, неустанно черпал из неё материал для своих литературных произведений.

Эта основанная на лжи смесь исторической фантастики о великом казачьем прошлом и глубоко засевшего чувства собственной неполноценности стала основой для всей последующей украинской историографии и национальной идеологии украинства.

Маргинальные идеи украинства Потоцкого и Чацкого в несколько изменённом виде нашли поддержку и у отдельных представителей южнорусской интеллигенции, основавших этнографическое украинофильство.
Украинофил Николай Костомаров предложил свою концепцию существования двух русских народностей – великорусской и малорусской, при этом он не вкладывал в неё смысл отдельного, нерусского «украинского народа». Позже теоретик украинства Михаил Сергеевич Грушевский уже отстаивал концепцию отдельного от русского «украинского» народа.

Другой украинофил, Пантелеймон Александрович Кулиш, для обучения простого народа грамоте предложил в 1856 году свою систему упрощённого правописания (кулишовку), которую в австрийской Галиции, помимо воли Кулиша, использовали в 1893 году для создания полонизированного украинского языка.

Для продвижения идей украинофильства в Киеве во главе с Костомаровым создаётся Кирилло-Мефодиевское братство (1845-1847), поставившее перед собой задачу борьбы за создание славянской федерации с демократическими институтами. Такое начинание явно не вписывалось в существующую систему власти, и вскоре оно было разгромлено.

Никакого распространения в массовом сознании этнографическое украинофильство не получило, так как украинствующая интеллигенция существовала совершенно отдельно от народных масс и варилась в собственном соку. О каком влиянии на массы можно было говорить, если, например, в Кирилло-Мефодиевское братство входили всего лишь 12 молодых интеллигентов и примкнувший к ним бывший крепостной Тарас Шевченко, работавший в университете художником, поживший к тому времени с поляками в Вильно и наслушавшийся там легенды о «вольном украинском народе».

«Хождение» украинофилов в народ и их попытки «просвещения» крестьян с целью пробуждения у них «украинского самосознания» не имели никакого успеха. Слово "украинцы" как этноним не получило распространения ни в интеллигентской, ни в крестьянской среде.
Поляки в очередной раз не смогли организовать «украинское» национальное движение за независимость. Население Юго-западного края не поддержало польское восстание. После его провала в 1863 году и принятия российским правительством серьёзных мер против польских сепаратистов украинофильство в России практически сошло на нет, а его центр переместился в австрийскую Галицию, куда перебрались многие польские активисты этого движения.

Польско-австрийский этап продвижения украинства начался с 1863 года и закончился в преддверии Февральской революции, предоставившей украинствующим возможность создать своё государство.
Потерпев поражение в повстанческом движении и лишившись поддержки в России, поляки решили сделать Галицию центром украинского сепаратизма. С этой целью они предпринимают ряд шагов по переформатированию сознания проживающих там русинов, придерживающихся русофильских взглядов и отстаивающих русскость перед австрийской администрацией через свои представительские органы.

 Такие настроения русинов вызывали крайнее недовольство польских, а затем и австрийских кругов, предпринимавших попытки навязать им отличную от великороссов национальную идентичность. На первых порах такие призывы не находили отклика в среде русинов, но с 50-х годов XIX века под воздействием поляков, занимавших административные посты, движение русинов начинает раскалываться на москвофилов, поддерживающих русское единство, и украинофилов, готовых признать себя другим народом.
К моменту массового наплыва в Галицию польских повстанцев там уже была подготовлена почва для восприятия идей украинства в среде русинов, а с их появлением украинофильское течение в Галиции стало усиленно насыщаться политическим антирусским содержанием.

Цель укранофильства на этом этапе сформулировал бывший польский «хлопоман» Свенцицкий, в обоснование отдельной украинской нации написавший в 1866 году: «…между Россией и Западом встанет непробиваемая стена – славянская Украина-Русь».
Для продвижения идеологии украинства поляками в 1868 году во Львове учреждается общество "Просвита" — для того, чтобы «народные массы узнали необходимость существования нации», начавшее сразу же издавать книжечки злобного русофобского содержания, а в 1873 году на австрийские деньги учреждается «Товарищество имени Шевченко», поставившее своей задачей научное обоснование этой идеологии.

Созданные в пропагандистских целях «товарищества», существующие по сегодняшний день, начали штамповать целый арсенал лживых трудов об истории Юго-Западной Руси и особенно активизировались, когда в 1895 году «Товарищество имени Шевченко» возглавил небезызвестный профессор Грушевский, решивший на австрийские деньги доказать существование самостоятельного «украинского народа».
В своём псевдонаучном труде «История Украины-Руси», вызывавший лишь смех в академических кругах, он вводит в историографию Древней Руси понятия "украинцы", "украинские племена" и "украинский народ", а учёный мир того времени, «достойно» оценивший его вклад в историографию, назвал его «научным ничтожеством».
Создав таким образом объединённый плацдарм поляков и украинофилов для давления на русинов, австрийцы в 1890 году провозглашают так называемую «Новую эру» и добиваются окончательного раскола единства русинов. По всей Галиции начинает распространяться литература об угнетении москалями «украинцев», в книгах и документах слова Малороссия и Южная Русь заменяются термином "Украина" и вбрасывается уже подзабытая легенда о похищении "москалями" у малороссов имени "Русь".
Следующий удар наносится по пока ещё сохранившемуся символу национального самосознания русинов – русскому языку. Дело в том, что полякам на предыдущих этапах не удалось окончательно решить проблему русского языка. В австрийской Галиции он сохранился и был основным языком обучения и общения русинов, на нём также велось православное богослужение.

В языковой сфере была поставлена цель устранить всё, что связано с русским языком, разработать «подлинный» язык русинов и внедрить новое правописание в системе образования и делопроизводстве. Ранее австрийские власти уже предпринимали такие попытки и в 1859 году пытались навязать русинам язык на основе латиницы, но массовые протесты русинов заставили их отказаться от этой затеи.
Теперь украинствующие «ученые» предложили ввести новый язык на основе фонетического правописания («как слышу, так и пишу») с использованием кириллицы. В 1892 году «Товарищество имени Шевченко» подаёт проект о введении фонетического правописания в печатных изданиях и учебных заведениях, а в 1893 году австрийский парламент утверждает это правописание для «украинского языка».
За основу алфавита берётся «кулишовка» с исключением одних букв и включением других, а для большего отличия от русского языка отдельные русские слова выбрасывались и заменялись польскими и немецкими, или придумывались новые. В качестве основы «украинского языка» отцы-основатели использовали простонародную крестьянскую речь, приспособленную лишь к описанию крестьянского быта.
Вот так по указу австрийского парламента в конце XIX века родился искусственный украинский язык, который никогда не был родным для русинов. Поэтому понятно, почему он никак не может прижиться в современной Украине.

Австрийские власти совместно с Ватиканом расправляются и с униатским духовенством, ведущем богослужение на русском языке и являющемся носителем русского национального самосознания русинов. С этой целью предпринимаются меры по ограничению православия в Галиции и подготовке русофобского поколения униатского духовенства. В 1882 году галицкие монастыри передаются в управление иезуитам, в 1893 году закрываются униатские семинарии, из храмов изгоняются русофильские священники и заменяются «пропагандистами» новой украинской идеи, а в 1911 году эти гонения на духовенство заканчиваются отправкой в тюрьму всех православных священников.

С началом Первой мировой войны перековка русинов в украинцев принимает форму геноцида. Австрийские власти создают концентрационные лагеря для уничтожения русского населения Галиции, особо прославились своей жестокостью Талергоф и Терезин.

По спискам, заготовленным украинофилами, ставшими главной движущей силой массового террора австрийцев, арестовываются почти вся русская интеллигенция и тысячи крестьян.
Организуются показательные судебные процессы, на которых ведущих деятелей москвофильского движения обвиняют в государственной измене и приговаривают к смертной казни, а австрийские войска по доносам украинофилов убивают и вешают по деревням тысячи русских крестьян только за то, что они считают себя русскими. За время австрийского террора были уничтожены десятки тысяч человек и практически вся русская национальная интеллигенция Галиции, а несколько сотен тысяч русинов, спасаясь от австрийского геноцида, бежали в Россию.

Австрийские власти, видя в лице украинофилов агентов влияния, решают воспользоваться постреволюционной либерализацией порядков в России и создают там центры распространения украинофильства. Под руководством Грушевского в 1906 году в Киеве и других городах Юго-западного края открываются многочисленные украиноязычные издания, активизируется деятельность «мазепинцев» и появляются сотни пропагандистов изобретённого «украинского» языка. 

Всем сразу же стала видна искусственность этого языка: если русинами, живущими бок о бок с поляками и немцами, он еще как-то понимался, то для жителей Юго-западного края «мова» была абракадаброй. Несмотря на серьёзное австрийское финансирование такого просветительства, оно не получило никакой поддержки и из-за невостребованности довольно быстро прекратило своё существование.
Однако деятельность «мазепинцев» находит поддержку у российских либералов (в лице лидера партии кадетов Милюкова), стремящихся ориентировать Россию на западные ценности. Грушевскому с их помощью даже удаётся навязать в Государственной думе дискуссии о существовании «украинского народа». До конца XIX века термин "украинец" в России нигде не употреблялся, но стараниями русских либералов и «мазепинцев» он начал использоваться в среде русской либеральной интеллигенции.

С выдвижением Германией плана экспансии на восток австрийские и германские спецслужбы начинают интересоваться галицкими украинофилами, устанавливают контакты с их лидерами, тайно финансируют и направляют деятельность украинских организаций в духе русофобства.

Австрийские спецслужбы в августе 1914 года создают в Галиции «Союз освобождения Украины» во главе с будущим идеологом украинского национализма Дмитрием Ивановичем Донцовым, который заявляет о поддержке Австрии и Германии в грядущей войне с Россией и начинает заниматься диверсионно-пропагандистской деятельностью против России.

         

Под идейным руководством галицких украинофилов в конце XIX века на Слобожанщине возникло ещё одно движение последователей Духинского, возглавляемое террористом Николаем Иванович Михновским, развившим идеи украинства до радикальных фашистских форм и провозгласившим в своих «Десяти заповедях» лозунг: «Украина для украинцев».

           

Но дальше маргинальной группы террористов-заговорщиков дело не пошло. Непонятый не только южнорусской элитой, но и самими украинствующими, он нигде не мог найти поддержку и, вечно гонимый, покончил с собой. Однако в отличие от своего крёстного отца, предлагающего украинцам роль младшего брата поляков, Михновский уже отвел им место врагов наравне с москалями, и первый провозгласил антипольский характер украинского национализма.
В целом на польско-австрийском этапе украинство в России до февраля 1917 мало чего добилось в реализации далеко идущих планов отторжения малорусских земель. Движение, за исключением отдельных групп «мазепинцев» и поддерживающих их либералов, не имело никакой поддержки ни в интеллигентской, ни в крестьянской среде, и о нём практически ничего не было известно. Топоним «Украина» практически не использовался, придуманный украинский язык был отвергнут всеми слоями общества. Никакого «украинского» национально-освободительного движения не наблюдалось.
В Галиции же путём террора и при поддержке польских украинофилов и австрийских властей успехи в уничтожении русского народа были достигнуты. Москвофильское движение русинов было полностью разгромлено, его идеологи были физически уничтожены или эмигрировали в Россию, духовенство очищено от сторонников русского единства и заменено на проповедников более тесной унии с католицизмом, придуманный украинский язык силой был навязан основной массе крестьянства, отказавшиеся менять свою идентичность русины уничтожены, а слабые духом перекованы в «украинскую нацию».

Где-то за полвека в Галиции удалось создать антирусский плацдарм и практически очистить Галицкий край от всего, что было связано с русскостью населявшего его народа. Оставшемуся населению была навязана новая национальная идентичность, основанная на комплексе неполноценности и лютой ненависти ко всему русскому.. 

                      Продолжение смотрите на сайте : Любознательным - Бандеровская Украина  Часть II