комкор Дубовой
Командарм, которого обвиняли в убийстве Щорса
24 сентября – 130 лет со дня рождения командарма 2-го ранга Ивана Наумовича Дубового, расстрелянного в 1938 году по приговору Военной коллегии.
Часть 1
Иван Дубовой родился 24 сентября 1896 г. на хуторе Чмыровка Чигиринского уезда Киевской губернии в крестьянской семье. Окончив реальное училище в г. Славянске, поступил в Киевский коммерческий институт, из которого в октябре 1916 г. призван в Русскую императорскую армию. Прошел ускоренный курс обучения в Иркутском военном училище, и проходил службу прапорщиком в 30- м Сибирском запасном стрелковом полку, дислоцированном в г. Красноярске.
После Февральской революции Иван Дубовой принимал активное участие в формировании красногвардейских отрядов. С февраля 1918 года командовал таким отрядом в Бахмуте, затем был военным комиссаром Новомакеевского района, комендантом Центрального штаба Красной Гвардии Донбасса. В 1918–1919 годах - участник обороны Царицына, в должности начальника оперативного отдела и заместителя начальника штаба 10-й армии. С апреля 1919 г. - начальник штаба 1-й Украинской советской дивизии, с августа (после гибели Н.А. Щорса) - начальник 44-й стрелковой дивизии.
После Гражданской войны И.Н. Дубовой до 1924 г. продолжал командовать этой дивизией, затем - 14-м стрелковым корпусом. С декабря 1934 года — заместитель командующего войсками Украинского военного округа, с мая 1935 года — командующий войсками Харьковского военного округа. 21 августа 1937 года его арестовали, как участника антисоветского троцкистского и военно-фашистского заговора в РККА. Показания против него дали несколько арестованных военачальников. Так, В.М. Примаков, арестованный 14 августа 1936 г., через год дал такие "признательные" показания:
«Считаю необходимым сообщить следствию о Дубовом И.Н. нижеследующее:
1. В 1933 году вместе с Дубовым И.Н. я учился в Германской академии генерального штаба. Во время неоднократных с ним разговоров я твердо установил, что Дубовой настроен вполне контрреволюционно в отношении хозяйственной политики партии и в отношении руководства Красной армии.
...Летом во время полевой поездки в южной Германии я сфотографировал Дубового в пшенице на Дунае — пшеница была выше его роста и по этому поводу он сказал: “У нас на Украине и земля лучше, и климат лучше — а такой пшеницы не бывает. Для такой пшеницы хозяин нужен“. Я сказал: “Колхозы вырастят”. Он немедленно ответил: “Нет, брат, это только хозяин вырастит, а в колхозах семеро нянек, а хозяина нет”.
...Дубовой И.Н. неоднократно на протяжении 1930–1936 гг. в разговорах со мною враждебно и презрительно говорил о тов. Ворошилове как о человеке, который ничем не занимается, кроме стрелкового дела, и отстает от военной техники. В разговорах со мною и другими военными систематически, особенно на пленумах РВС СССР, противопоставлял тов. Ворошилову Якира, что было нашей троцкистской линией.
Мне хорошо известна личная многолетняя большая близость Дубового с Якиром, Гамарником, Левичевым, которых я знаю как заговорщиков, и это дополнительно убеждает меня, что Дубовой является законспирированным участником заговора".
Но это еще не все. На допросе 3 декабря 1937 года И.Н. Дубовой дал следующие показания об убийстве легендарного героя Гражданской войны Н.А. Щорса:
«Щорса Николая Александровича, бывшего начальника 44-й стрелковой дивизии, я убил 31 августа 1919 года. В это время я являлся заместителем Щорса. После убийства я сменил его, получив назначение на должность начальника этой же дивизии. Этого я и добивался, когда решил убить и убил Щорса. Так как Щорс был чрезвычайно храбрым, бесстрашным человеком и постоянно находился на передовых позициях, я решил использовать это для того, чтобы убить его, представив убийство как гибель Щорса от пули противника. Мы залегли. Щорс лежал впереди меня, шагах в 3–4. Пули ложились вперёд и рядом с нами. В это время Щорс повернул ко мне голову и сказал: „Ваня, какой хороший пулемётчик у галичан, чёрт возьми!“ Когда Щорс повернул ко мне голову и сказал эту фразу, я выстрелил ему в голову из нагана и попал в висок".
Однако эти показания И.Н. Дубового в приговоре не прозвучали. Почему?
Часть 2
Николай Александрович Щорс был убит не 31, а 30 августа 1919 года, в бою с 7-й бригадой 2-го корпуса Галицкой армии на окраине села Белошицы (ныне - в Коростенском районе Житомирской области).
Тело Щорса забальзамировали (вымочили в растворе поваренной соли), поместили в запаянный цинковый гроб и перевезли в Самару, где, по некоторым данным, тогда проживали родители его гражданской жены Фрумы Ефимовны Хайкиной. Там его похоронили на Всесвятском кладбище. Причем - ночью, избегая огласки. А через 30 лет, когда ветераны 1-й Украинской дивизии направили в Кремль письмо, могилу долго не могли найти.
Кем был убит Н.А. Щорс – до сих пор неясно. В таких случаях обычно пишут - убит при невыясненных обстоятельствах. По официальной версии, он погиб от вражеской пули. Однако в 1949 году, когда была произведена эксгумация его останков, выяснилось, что Щорс убит выстрелом в затылок. Причем - с близкого расстояния. Результаты экспертизы по этой причине были засекречены. Но со временем информация просочилась, стала распространяться и в результате возникла версия, что его ликвидировали свои.
Инициатором убийства Николая Щорса называли Льва Троцкого, а исполнителями - Ивана Дубового, заместителя Щорса, и уполномоченного реввоенсовета 12-й армии Павла Танхиль-Танхилевича. В момент гибели Щорса они и командир Богунского полка Казимир Квятек, находились рядом с ним на передовых позициях. Иван Дубовой перебинтовывал смертельную рану Щорса.
Высказывалось мнение, что соответствующие указания Дубовой мог получить от приближенного к Троцкому члена Реввоенсовета 12-й армии Семена Аралова, который дважды пытался снять Щорса с должности. Его обвинения сводились к ненадежности командира и его бойцов в «деле революции», «партизанщине», отсутствию дисциплины и антисемитизму.
После смерти Щорса Дубовой стал новым командиром дивизии. Это обстоятельство также было использовано сторонниками версии об убийстве Щорса своими же - для подкрепления ее убедительности. Якобы он был застрелен Дубовым из-за желания занять его место. Убедительность этой версии придавало и ложное утверждение Дубового о характере ранения Щорса. В 1930-е годы он написал воспоминания, в которых отмечал: «Пуля вошла спереди, и вышла сзади. Я снял с него фуражку - пуля попала в левый висок и вышла в затылок.»[1]. А ведь Дубовой не мог не знать, что входное пулевое отверстие находилось в затылке Щорса. К тому же, когда медсестра Богунского полка Анна Розенблюм хотела сменить наложенную Дубовым повязку на голове уже мёртвого Щорса, он не разрешил это сделать. А 1937 году командарма 2-го ранга И.Н. Дубового, который был тогда командующим Харьковским военным округом, арестовали и обвинили в троцкистском заговоре.
В ходе следствия Иван Дубовой, как уже сказано, признался, что выстрелил в Щорса и убил его с целью занять должность командира дивизии.
Обвинение в адрес И.Н. Дубового высказал и бывший командир Богунского полка комдив Казимир Квятек, на тот момент также находившийся в Лефортовской тюрьме за совершение «контрреволюционного» преступления. В письме от 14 марта 1938 года на имя Н.И. Ежова он сообщал:
«…Спустя секунд 20 вдруг был открыт пулеметный огонь. Я лег левее Щорса, Дубовой правее, возле него. Лежа под пулеметным огнем, я обратил внимание Щорса на то, что у противника хороший боец пулеметчик, что он изучил перед собой участок и хорошо видно наблюдал. Щорс ответил мне, что пулеметчик у противника хорош, выдержанный. В это время я услыхал крепкую ругань красноармейца, который говорил «кто там стреляет из револьвера», хотя я стрелявшего не видел. Разговор со Щорсом прекратился; вдруг я посмотрел на Щорса и заметил его стеклянные глаза, крикнул Дубовому - Щорс убит…
…В 1936 году в январе или феврале, когда Дубовой меня вербовал в контрреволюционный военный заговор, я затронул вопрос перед Дубовым, относительно картины смерти Щорса и между прочем я сказал, что Щорс погиб как-то нелепо и что в полку были отдельные разговоры, указывающие на него Дубового. Он мне ответил, что не следует подымать разговора относительно смерти Щорса, так как громадное большинство считает, что Щорс убит Петлюрой. Пусть это мнение так и остается и предложил мне, несколько волнуясь, больше об этом не говорить».
Между тем, большинство исследователей не считают показания Дубового и Квятека правдивыми, поскольку они были даны после допросов с применением физического насилия.
Что касается запрета менять повязку на убитом командире, то он тоже вполне объясним. Увидев, что пуля попала в затылок, Дубовой, возможно, просто испугался, что бойцы, узнав об этом, могут расправиться с «предателем».
Вероятным исполнителем убийства красного командира называли также Павла Самуиловича Танхиль-Танхилевича, следы которого теряются после Гражданской войны.
В 1989 г. в «Рабочей газете», издававшейся в Киеве, были опубликованы воспоминания генерал-майора инженерно-технической службы Сергея Ивановича Петриковского, написанные им еще в 1962 году, за два года до смерти. В годы Гражданской войны он командовал Отдельной кавалерийской бригадой 44-й армии. С.И. Петриковский поставил под сомнение официальную версию смерти Щорса, высказав мнение, что его убили умышленно и сделал это, вероятнее всего, Танхиль-Танхилевич:
«Мне Дубовой несколько раз начинал рассказывать, стараясь придать несколько юмористический оттенок своему рассказу, как он услышал слова красноармейца, лежащего справа: «Какая это сволочь с «ливорверта» стреляет». Красноармейцу на голову упала стреляная гильза. Стрелял из браунинга политинспектор, по словам Дубового. …Я допускаю случайное убийство. Политинспектор волновался, а может быть, и струсил. Первый бой. Возбуждение. Свой случайно убил своего. Бывало...».
Между тем, версию о политическом мотиве убийства большинство исследователей не принимают всерьез. Доводов в опровержение этой версии немало. Например, - если Лев Троцкий был организатором убийства Щорса, то зачем он за девять дней до его гибели утвердил Щорса в должности командира 44-й дивизии?
Причины, по которым пуля попала в затылок, могли быть связаны с тем, что Н.А. Щорс в этот момент повернул голову, обращаясь к кому-то из своих либо он мог стать жертвой рикошета пули. И вполне возможно, что это действительно мог быть случайный выстрел из револьвера, произведенный Танхиль-Танхилевичем.
Впрочем, сегодня доподлинно установить все обстоятельства гибели Николая Щорса не представляется возможным.
В заключение остается сказать, что в приговоре Военной коллегии отсутствовало обвинение И.Н. Дубового в убийстве Н.А. Щорса. Несмотря на его признание, в обвинительном заключении оно уже не фигурировало. Как писал С.И. Петриковский: «Органы не стали заморачиваться этим фактом — Дубовому всё равно грозила "вышка" за антисоветскую деятельность». Ко времени суда над И.Н. Дубовым образ Щорса уже был канонизирован, он уже стал «всенародным героем», поэтому, вероятно, решили не упоминать его имя в следственно-судебных документах.
И.Н. Дубовой был приговорён 28 июля 1938 года к высшей мере наказания по обвинению в антисоветском заговоре. Расстрелян в тот же день. Реабилитирован в 1956 году.
В 1949 году прах Н.А. Щорса перезахоронили на городском кладбище г. Куйбышева. Место захоронения командарма И.Н. Дубового неизвестно. Вероятно, где-то на полигоне Бутово-Коммунарка.
